AlyonaSL_texts
"Змеи растут всю жизнь" (с)
Автор: AlyonaSL
Фандом: CSI:LV
Цикл: Моя вселенная
Написан: январь 2007 г.
Рейтинг: PG-13
Пейринг: грандерс
Жанр: ангст, драма, романс, POV Сара Сайдл
Дисклеймер: Всё чужое. Моя только любовь.
Авторские примечания: Еще одна сайд-стори к циклу "Слишком много любви". Хотя этот текст о Саре. И о ее возможном счастье... если бы она захотела его увидеть.
Еще от автора: у этого текста есть сиквел "Тени прошлого".


Куплю тебе платье такое,
Какие до нас не дошли:
Оно неземного покроя,
цветастое. недорогое,
С оборкой у самой земли...


Моя подруга Энн вышла замуж. Она на пять лет меня моложе.
Разумеется, была вся такая счастливая, в белом платье, с букетом в руках – очень миленький букет, на клумбу похожий… И рядом ее жених – точнее, теперь уже муж, в смокинге, слегка покрасневший от такого массивного внимания к своей персоне. Хотя, честно говоря, я плохо помню ее мужа – мне было не до него.
Я сто раз кляла себя, что вообще поехала. Можно было отговориться болезнью или работой – можно подумать, у меня было мало этой работы? Так нет же. Думала, развеюсь!..
Пока все пили, плясали и резали свадебный торт – все в общем шло нормально. Но когда Энн собралась кидать свой дурацкий букет…
- Девочки! – визжала она, аж подпрыгивая от энтузиазма. – Не подкачайте, девочки!..
Но девочки даже не шелохнулись, потому что было заметно невооруженным глазом: хитрая Энн целит своей клумбой прямо в меня.
Ну и что мне было делать?
Я инстинктивно схватила проклятый букет. И все захлопали.
- Сара! Сара следующая!
- Давно пора, – сказал новоиспеченный супруг, и я сразу начала его ненавидеть.
Всю ночь после свадьбы я прорыдала в своем гостиничном номере. Простодушная Энн даже не подозревала, что она натворила. Или подозревала? Потому что на следующий день она явилась ко мне, сообщив, что молодого мужа «услала заниматься вопросами по поводу дома», села на кровать и заявила:
- Так: и что ты вчера была такая кислая? Рассказывай!
Я вообще-то не люблю откровенничать о своей личной жизни. Но тут просто не сдержалась. Может быть, потому, что мне тоже еще со вчерашнего вечера жутко захотелось этого всего – и шумной свадьбы, и белого платья, и похожего на клумбу дурацкого букета, который будут, толкаясь, ловить лабораторные девочки… И Гила в смокинге, который будет, слегка покраснев от смущения, изящно целовать меня за свадебным столом у всех на глазах.
И я начала рассказывать.
Бестолковая Энн только прерывала меня восторженными возгласами:
- Ой, правда? Работаете вместе? С ума сойти! Он тебя старше? Ого, на пятнадцать лет! А что, ничего в общем… Но ты смотри, если детей заводить… Хотя мужчине все равно, это тебе надо поторопиться!
Я покраснела, а Энн глупо захихикала. Будто я сама не знаю, что мне надо торопиться: через полгода будет тридцать три, время не ждет… Мне тридцать три, а Гилу сорок восемь. Как бы и правда не опоздать с детьми…
Но о детях пока еще рано думать, я же понимаю, я же не глупая.
- Так вот, - завершила я свой рассказ, - все это замечательно, только вроде как мужчине положено делать первый шаг? А он его не делает и не делает. Мы уже четыре года работаем вместе, а он – хоть бы хны. Ты знаешь, я не закомплексованная, могу и сама этот самый первый шаг сделать – но понимаешь, я не уверена, что он мне вообще ответит!
- Дааа? – уставилась на меня глупышка Энн. – А почему?..
Ну вот как ей объяснить? Я не чувствую этого, и все. Поэтому боюсь… Ведь даже когда я вытирала дурацкий мел с его щеки – он и не дернулся, не потянулся ко мне, даже не посмотрел теплее обычного… Какой-то вообще заторможенный, честное слово.
Но как быть, если именно его я вижу рядом с собой в своих мечтах, где он в смокинге, а я в белом платье?.. И церковь, и коробочка с кольцами, и нарядные девчонки, и…
- Понимаешь, - говорю я вслух, - я не уверена, что он вообще кого-нибудь любит. Но с другой стороны – у него в последнее время иногда такой взгляд… мечтательный… И он вообще стал какой-то другой, это я замечаю. Мягче, что ли… Задумчивее… Улыбаться даже стал чаще и шутить. В общем, мне нужно время, чтобы за этим понаблюдать…
- Нууу, если ты будешь просто наблюдать, - заявила Энн, устраиваясь на кровати с ногами, - ты еще больше потеряешь времени. Судя по твоему рассказу, этот Гил из тех, кого надо активно подталкивать к решениям, потому что сам он не созреет никогда. Давай сделаем так: его надо спровоцировать. Поставить в экстремальную ситуацию. Вот, скажем, на носу у нас Первое апреля. Сделай так: пусть кто-нибудь ворвется к нему в кабинет, когда все будут на месте, и закричит… ну что-то вроде: «Пожар! Горим!» А ты погляди, куда он побежит. Если тебя в первую очередь начнет искать – значит, точно. Любит. Можешь делать предложение!
Я ахнула. Ничего себе: глупышка Энн, оказывается, может иногда выдавать умные мысли!..
- И позвони мне потом, - приказала она. – Мне очень интересно!..

Однако я ей не позвонила. Потому что мне не хотелось по телефону рассказывать все, что произошло тогда, в этот дурацкий день. Я стояла в коридоре, в одном из закутков, и украдкой наблюдала за дверью кабинета нашего босса. Вот сейчас по моей просьбе Уоррик Браун должен ворваться в этот кабинет с вытаращенными глазами и заорать что есть духу…
- Пожар, босс! Горим!
Браун, оказывается, прирожденный артист – даже у меня сердце от его крика ушло в пятки. И я, затаив дыхание, смотрела, как Гриссом вылетел из кабинета и понесся по коридору. На него обычно смешно смотреть, когда он бегает, но в этот раз мне было не до смеха.
Потому что он бежал куда-то не туда.
Я даже сделала небольшой шажок ему навстречу, но он пронесся мимо, даже не посмотрев в мою сторону. Пробежав весь коридор, он ворвался в ДНК-лабораторию и уже там завопил так, что слышала даже я в своем закутке:
- ГДЕ ГОРИТ?!
Ах ты господи, как же я не сообразила-то? У нас же пару лет назад именно там был взрыв и пожар. Гила тогда еще долго таскали по инстанциям, да и сам он переживал - может, потому, что и я слегка пострадала? Помню, какой он был бледный и испуганный, когда подошел ко мне тогда спросить, как дела. Говорил, что мне надо наложить на руку швы… Я просто млела, не убирая своей руки из его ладоней, а он смотрел на меня – и куда-то мимо… Ну хоть так, – я же понимаю, что он жутко перепугался за всю лабораторию, за сделанную прежде работу, которую теперь могут не принять в суде. Да еще Грэга, техника нашего, в больницу увезли. Еще бы, – у него прямо перед носом все это взорвалось; чудо, что он вообще жив остался.
В общем, не получился мой эксперимент. И тогда я решила перейти к более активным действиям.
Выждав недели две, я пришла к Гилу домой. В свободный день. Вечером. Вроде по какому-то делу. Подошла к двери и сразу позвонила, чтобы не дай бог не передумать. И только потом услышала за дверью какие-то голоса.
Интересно: у него что, вечеринка там?
Погодите-ка: это какой-то знакомый голос! И точно. Любопытно, что делает Грэг Сандерс у Гила дома в такое время?..
- Может, всех позвать сюда наконец? – услышала я. - Как ты думаешь, Гил? Все-таки день рождения…
Я вообще от удивления примерзла к месту. Грэг называет шефа по имени? Хотя в нерабочей обстановке… Но все равно странно. Гил в какой-то мере ему в отцы годится! И о чьем дне рождения ведет речь этот мальчишка? У Гила, насколько мне известно, день рождения через четыре месяца! Неужели о своем собственном? Да уж, сопляк в последнее время совсем обнаглел. Особенно после того, как все-таки стал полевым криминалистом. С третьего раза. Строго говоря, Гил его откровенно подтянул за уши, - сам-то Грэг и с последним своим испытанием, говоря честно, не справился до конца. Даже сам удивился, что ему зачли. Но Гил тогда долго говорил о том, что-де не обязательно всегда быть правым, главное – придумать что-то, понять, что чего-то не хватает, и прочую ерунду… Вообще этот мальчишка слишком много увивается вокруг Гила в последнее время. Да, карьера есть карьера, но все-таки он мне надоел. Когда я выйду за Гила замуж, духу этого Сандерса не будет в нашем доме!..
Но тут дверь распахнулась, и на пороге возник Гил, чрезвычайно обеспокоенный.
- Сарочка? Что случилось?
- В общем ничего, – замялась я, поглядывая на него с легкой улыбкой, - хотела проконсультироваться по одному вопросу... Но если ты занят…
- Да нет, не очень, - ответил Гил после паузы. – Мы просто тут обсуждаем вечеринку по поводу того, что Грэг сдал испытание на первый уровень: мы же толком это так и не отметили?
- Да? – не сдержалась я. – А мне послышалось, что речь идет о дне рождения…
Гил странно покраснел.
- Видишь ли… Просто у Грэга скоро день рождения, так что может быть, заодно…
Я уже ничего не понимала. С каких это пор Гил Гриссом заботится об организации вечеринок и дней рождения, - и чьих?
Но тут несносный мальчишка неожиданно выглянул у Гила из-за спины:
- Привет, Сара! Заходи! Будешь кофе пить? У нас пирог классный…
Погодите, у них еще и пирог?
Я случайно произнесла это вслух, и Грэг заявил:
- Ага, пирог! Мне мама прислала. Настоящий норвежский рецепт, ты таких не пробовала… Ну пойдем, это ужасно вкусно!..
Я посмотрела на него, а потом на Гила. И что-то мне во всем этом сильно не понравилось.
- Нет, спасибо, – ответила я. – Я не ем пироги… У меня диета.
А потом развернулась и пошла по тропинке к машине, и никто не догнал и не удержал меня.
Придя домой, я первым делом позвонила Энн. Кажется, я вытащила ее из супружеской постели, но мне уже было все равно.
- Как ты сказала? Пирог? Ну и что, - пробормотала она. – Тоже мне, ерунда какая! И кому, как не боссу, заниматься организацией вечеринки по поводу повышения сотрудника?
Да уж, все-таки я была права: Энн как была глупышкой в детстве, так и осталась. Неужели ей непонятно, что такой босс, как Гриссом, никогда не занимается вечеринками и даже сам не ходит на них? А тем более фраза «Может, всех позвать сюда наконец»? Куда это «сюда»? К Гилу в дом? И почему «наконец»?
- Сара, мне кажется, ты накручиваешь… - зевала Энн в трубку. – Тем более… эээ… если бы у него дома была девушка – я бы поняла… А так – ну ты меня извини! ТАКИЕ наклонности обычно очень хорошо проявляются, и ты со своей профессиональной хваткой давно бы просекла ТАКОЕ… Ты прости меня, я спать пойду…
Она разъединилась, а я села у телефона и задумалась.
Я начала вспоминать. Изучать. Сопоставлять. И мне это нравилось все меньше и меньше. Я убеждала себя, что это глупости, что мне просто кажется, что мне, наконец, страшно признаться себе в том, что Гилу не нравлюсь именно я, и потому я думаю о нем разные гадости. Но что-то упрямо не давало мне покоя, точило сердце изнутри… и почему-то заставляло думать, что я сейчас не просто сижу и размышляю: я, похоже, окончательно хороню свои надежды на то самое белое платье.
Это было в конце апреля. А через полтора месяца я убедилась, что была права. Возможно, они бы прятались и дальше – если бы сумели: но к счастью – или к сожалению? - обстоятельства сложились иначе. В один далеко не прекрасный день они уехали на очередное место преступления – вдвоем. А вернулись... втроем. Ну, а потом уже все закрутилось так, что народ даже не сразу переварил подобные новости.
И Сьюзен из отдела персонала прибежала в первую очередь именно ко мне, вытаращив глаза и потрясая какой-то папкой:
- Ой, Сара! Ой, дорогая моя! Ты только послушай…
Новость явно не давала ей покоя, и она испытывала просто физическое удовольствие, выкладывая эту новость именно мне.
- Ой, Сарочка, как я тебе сочувствую… Но ты только подумай, на кого ты столько времени тратила свои силы!..
Она еще немного поохала и убежала, наконец заметив мое абсолютно каменное лицо. А я не сказала ничего. Я просто поняла, что мое белое платье…
Ну да ладно, хватит об этом.

Прошел год.
Как я пережила этот год – лучше не вспоминать. Вообще лучше об этом больше не думать. Потому что иначе я разревусь – позорно и во весь голос; а для женщины неполных тридцати пяти лет это не пройдет даром. Лицо отечет и покраснеет, буду выглядеть еще ужаснее, чем есть. А это в общем нежелательно. Потому что через два часа я должна надеть вот это белое платье, которое висит сейчас на дверце шкафа, напялить жутко неудобные туфли, взять в руки дурацкий букет и выйти из дома. А потом на меня будут пялиться все девочки из лаборатории: и если я выйду с зареванным лицом…
И так-то идут сплетни, что я не очень счастлива этой свадьбой, поэтому мне предстоит сегодня весь вечер улыбаться. Назло всему. Тем более, как известно, улыбка подавляет рвотный рефлекс. А я сейчас чувствую себя так, что меня вот-вот стошнит. От отвращения к самой себе и к тому, что так по-дурацки все сложилось.
Нет, я понимаю, что Ник – отличный парень, и что он, как сам говорит вот уже четвертый месяц, безумно меня любит; что он не постеснялся в Валентинов день почти при всей команде просить моей руки, и даже торжественно встал передо мной на одно колено… Я тогда тоже улыбалась, хотя мне хотелось плакать. Потому что Гила тогда там не было: у него, конечно же, нашлись более важные дела.
И я ужасно злюсь на себя за то, что до сих пор не могу вырвать его из сердца, как занозу. Несмотря на то, что я о нем узнала. Несмотря на то, что они устроили. И несмотря на то, что я вчера…
Я вчера по собственной глупости пошла в парк – в тот, где когда-то мы с Гилом обрабатывали место преступления. Ну да, очень романтично, – скажете вы. Но почему бы и нет? Я до сих пор помню, как мы вместе с ним, шаг в шаг, шли по дорожке кровавых капель, и я отмечала каждую, забыв об усталости. И жила только тем, что он со мной рядом. Я была готова вот так идти всю жизнь…
И вчера, зная, что назавтра моя жизнь круто изменится, - я пошла попрощаться с собой прежней. Думала, у меня получится…
И там я случайно увидела их. Они там гуляли. Все трое.
Я и не знала, что Гил может так заразительно хохотать. Как не подозревала, что мерзкий мальчишка Сандерс может так долго молчать. Просто смотреть, молчать и улыбаться…
Да, я не наивная школьница, я много видела в жизни, и понимаю, что бывает всякое… Но этого я никак не могла принять. Я шла из парка, сглатывая слезы, и у меня было такое чувство, что меня обокрали. Это я должна была быть там с Гилом. Я! А то, что я видела – это против всего. Против природы, против справедливости, против всех на свете законов… За такое лицо, какое было у Гила там, в парке, я бы отдала полжизни. Если бы он хоть раз так на меня посмотрел…
Однако время не ждет. Сейчас придут девочки, чтобы помочь мне собраться. Моя свадьба обещает быть шумной: приедет многочисленная родня Ника из Техаса во главе с его родителями; прибудут некоторые мои подруги – в первую очередь неугомонная Энн; и конечно, будет народ из лаборатории. Почти все изъявили желание поздравить меня: как же, событие века – Сара Сайдл наконец-то выходит замуж! Меня, оказывается, любят в лаборатории. Но если кто-нибудь сегодня мне посочувствует – клянусь, запишу в свои вечные враги.
Гил тоже обещал быть. Когда я подошла к нему и пригласила, он мне сразу сказал: «Постараюсь непременно». И улыбнулся – как хорошей знакомой. «Я рад за тебя, Сара… Будь счастлива», - сказал он с улыбкой. Его глаза светились, и мне захотелось заплакать в голос, потому что это было не для меня.
Я надеваю проклятое белое платье и смотрю на себя в зеркало. Там отражается стройная, бледная, довольно молодая еще девушка. Сара Сайдл. Я уже сказала Нику, что не буду менять фамилию.
Кто знает, как все сложится потом?..
Я легонько, как могу, улыбаюсь своему отражению. «Будь счастлива, дорогая, – говорю я себе. – Несмотря ни на что. Как сумеешь. Насколько хватит сил…»

@темы: "Детский цикл", 2004 г., PG-13, Ангст, Взрыв, Гет, Гил Гриссом, Грэг Сандерс, Драма, Моя Вселенная, Ник Стоукс, Романс, Сара Сайдл, Сезон 5, Слэш, Совместная жизнь, Фики